С приходом нового президента США Джозефа Байдена и его администрации Вашингтон и Тегеран вновь стали обсуждать ядерную сделку. То есть отказ Ирана от военной ядерной программы в обмен на снятие экономических санкций. Эту сделку страны заключили еще в 2015 году при участии России, Китая, Германии, Франции и Великобритании.

В 2018 году экс-глава США Дональд Трамп вышел из сделки, а Иран отказался от части своих обязательств.

Пока новое соглашение не подписано, в начале января Иран увеличил обогащение урана в Фордо до 20%, что значительно выше предписаний договора. Тогда же прошли масштабные испытания в Оманском заливе и Аравийском море, где иранские военные и Корпус стражей Исламской революции применили крылатые ракеты, авиацию и подводные лодки.

И все это — на фоне многолетнего противостояния Ирана с соседними Израилем и Саудовской Аравией.

Также в ближайшее время в Иране, вполне возможно, случится важное внутриполитическое событие. Нынешний пожизненный высший руководитель страны — 81-летний аятолла Али Хаменеи — по естественным причинам может передать власть новому лидеру. И это при том, что всего несколько месяцев назад Иран был охвачен протестами. Многие люди в стране были недовольны социальными проблемами.

Сотрудник Института мировой экономики и международных отношений имени Е. М. Примакова РАН Николай Кожанов объясняет:

Иран действительно стоит на пороге политического кризиса?
Как режим авторитарной исламской республики смог сохранить свои позиции, воспользовавшись элементами настоящей демократии?
Почему он одновременно остается достаточно жестким?
И чему российский авторитаризм мог бы научиться у иранского (но не хотелось бы)?

Как поддержать нашу редакцию — даже если вы в России и вам очень страшно

Из-за авторитаризма Россию часто сравнивают с Ираном. И очень зря — исламская республика уже намного демократичнее светской Российской Федерации

Что случилось

Из-за авторитаризма Россию часто сравнивают с Ираном. И очень зря — исламская республика уже намного демократичнее светской Российской Федерации